07 Авг 2014, 10:43

Клаудио Капон: Здесь энтузиазма больше, чем в западной части мира

Клаудио Капон: Здесь энтузиазма больше, чем в западной части мира

Клаудио Капон — в недавнем прошлом вице-президент итальянского общественного вещателя RAI и ныне действующий вице-президент европейского вещательного союза EBU — приехал в Киев консультировать украинских коллег по созданию общественного вещания. МедиаБизнес пообщался с ним о сопутствующих и мешающих действиях государства, бизнес-составляющей общественного ТВ в разных странах, украинских реалиях и  энтузиазме.

 

— Какие действия со стороны государства могут существенно помочь общественному ТВ и наоборот, помешать его становлению?
— Прежде всего, политические институции должны создать нормативную базу для медиасистемы.
Условия, в которых работают общественные вещатели, отличаются в разных странах. Но законодательные принципы должны обеспечить для общественного вещания определенный уровень эффективности и при этом, государственные институции, должны гарантировать его независимость от внешнего влияния, от директив власти.

Второе — каждое государство должно решить  вопрос  обеспечения общественного вещания ресурсами. Независимо от наличия доходов от рекламы, это часть законодательной системы, которая обеспечивает систему перечисления общественных денег на общественное вещание. Есть разные системы.  В большинстве случаев, в Европе это некий лицензионный взнос. Его платят зрители. В других вариантах, — это финансирование из государственного бюджета. Некоторые практикуют привязывание финансирования к фиксированному проценту от определённого макроэкономического показателя: ВВП или госбюджета.

И третье –миссия. В Европе были определены основные ценности общественного вещания, но конкретная миссия отличается в разных странах.

Определение миссии — это не конкретный контент или программы, это отношения с творческой индустрией. Например, в Европе есть правила касательно финансирования производства европейского продукта. Во Франции правительство повысило уровень этого финансирования, потому что Франция традиционно поддерживает национальный аудиовизуальный сектор. В других странах — в Британии, например, большой акцент на информацию, новостную часть. Там есть ВВС с их огромным новостным контентом. 

Как правило, есть какой-либо договор, в Британии — Royal Charter, Королевская Хартия. Во Франции — Cahier des charges, обязательство, которое описывает определённое видение… Вы, в Украине, тоже должны понимать: чего вы хотите от общественного вещания?

Таким образом, что государство может сделать хорошего, так это — создать для общественного вещания основы: финансовые, законодательные и определить миссию. Кроме этого,  больше от государства ничего и не нужно. Дальше работу должна организовывать компания-общественный вещатель.

— Вернемся ко второму пункту вашего ответа, — о финансировании общественного вещания. Для нашей страны это достаточно болезненный вопрос. Можете проиллюстрировать его решение на европейских примерах?
— Безусловно, самое важное — это сумма, но также важен способ её предоставления. Например, решение о финансировании из государственного бюджета ежегодно принимает парламент: такой способ финансирования намного более уязвим, ввиду нестабильности и политического влияния. Европейский вещательный союз всегда настаивает, что независимо от системы финансирования,  она должна быть "полуавтоматической"…  Суть в том, что если лицензионный взнос невозможен или неприемлем, необходимо хотя бы иметь фиксированный процент от определённого макроэкономического показателя, более-менее одинаковый из года в год, независящий от настроения парламентариев. Это даст не только определённую сумму, но и стабильность. Ведь именно отсутствие стабильности — одна из самых крупных проблем, поскольку мы живём во времена больших технических и социально-культурных перемен, когда необходимы долгосрочные инвестиции, а если у вас нет никакого представления о том, как будет осуществляться ваше финансирование в будущем — это невозможно. 

Что касается примеров… Директивы Совета Европы предлагают концепцию адекватного и стабильного финансирования. В Германии общественное вещание получает 8 млрд евро общественных средств в год. В Украине это где-то одна тысячная этой суммы. В Италии — 1,7 млрд евро. Германия и Британия получают 40-45% от общей суммы финансирования общественного вещания в Европе. ВВС — 4,5 млрд, вся система немецкого общественного вещания — 8 млрд.

Это не просто сухие цифры, они связаны с историческими моментами, репутацией…

— А что может помешать общественному вещанию?
— Препятствия… Во многом они связаны с проблемами исторического характера. В Восточной Европе — это существовавшая долгие годы тотальная монополия государства на общественные СМИ.  

Общественное вещание, которое родилось из государственной монополии, всегда сильное. Но его нужно постепенно адаптировать к конкурентной среде, новым технологиям, мультиплатформенности… Когда тоталитарный режим внезапно пал в Восточной Европе, в том числе и в Украине, — многие монополизированные до этого государством медиа, которые были полностью привязаны к режиму, практически исчезли под натиском конкуренции, отрытого рынка и отсутствия правил. Они оказались в условиях практически "Дикого Запада" (улыбается). И появилось препятствие: пришлось повторно завоевывать свой авторитет.  Общественно мнение зачастую связывало вещателя с прежним режимом. Несмотря на то, что режим и пал много лет назад, доверие к общественному вещателю все равно куда меньшее, чем в других странах. А в конечном итоге, сила общественного вещателя — это доверие, которое вы имеете со стороны ваших граждан. Это главное. А вот как завоевать его– это уже проблема. 
Ещё одно препятствие, которое ударило по медиа  после падения режима, — устаревшая  инфраструктура, И  — отсутствие проекта перестройки общественного вещания. Столько лет без принципов, инструкций и нормативной базы ослабили общественного вещателя так сильно, что он на грани вымирания.

— Вы знакомы с украинской ситуацией, знаете о попытках создания общественного телевидения, что вы думаете о шагах, которые мы уже сделали?
— В первую очередь, то с чем я всегда сталкивался здесь — это огромное количество людей, исполненных колоссального энтузиазма, с большим желанием сделать медиа более современными, европейскими, независимыми. Здесь энтузиазма больше, чем в западной части мира.

— Больше, чем в Старушке-Европе?
— Да, больше, чем в Старой Европе. Энтузиазм — это основа для хорошего старта. Но и — зачастую, это провоцирует фальц-старт. В разные времена мне встречались люди, министры, сотрудники, мы с ними обсуждали идем, появлялись какие-то новые  передачи… А потом все резко менялось: генерального директора снимают, закон не был принят, законодательство не доработано. Сегодня я тоже могу констарировать: изменения происходят, новые передачи, которые запустили на Первом — куда более современные, и в смысле языка подачи, и визуально. Но — это не бег на короткую дистанцию, это скорее марафон. Как только вы останавливаетесь один раз, останавливается все. Именно поэтому, общественное вещание — напрямую связано с  политикой. Люди в правительстве, в парламентских комитетах, должны быть убеждены в том, что это значимо и важно, понимать, что необходимо продолжать движение и не останавливаться. Да, что-то может не нравится, что-то можно усовершенствовать в процессе работы… Я не говорю о том, что нельзя менять менеджмент: и такое случается…. Но когда идет работа над таким важным проектом, как общественное вещагие, который требует столько усилий, люди должны быть уверены, что они работают в стабильной обстановке. На мой взгляд, самое для общественного вещания то, чтобы это был органично связанный проект, где все компоненты имеют значение — финансовые, законодательные, человеческие ресурсы.

— И не на одном энтузиазме проект должен работать…
— Ну, энтузиазм крайне важен. Но если у вас нет ресурсов, если законодательство не прописано, если финансы под вопросом, то мы приходим к концу года без бюджета и не знаем, что будет дальше. Так развивать общественное вещание не получится. Это —  процесс кропотливый и поступательный.

— А как насчет сотрудничества между итальянским общественным телевидением и украинским? Это возможно? Есть ли какие-то договоренности?
— Все возможно. Однако на сегодня, честно говоря, нет каких-то конкретных планов. Дело в том, что наше телевидение очень национальное: там то, что итальянцам нравится, а журналистам — не  всегда (улыбается). Но в том, что касается технологий — оцифровке, архивировании, тут мы уже достигли успехов, продложаем работать и — готовы делится своим опытом.



Расскажите друзьям про новость

Новое видео