Єпитання. Игорь Финашкин о доброкачественной зависти, продаже агентства и «бесячих» вещах
MMR продолжает рубрику «Єпитання», в которой мы задаем экспертам индустрии неудобные вопросы.
Какой факап вам до сих пор снится ночью и почему он болит?
Как-то не вспомню таких факапов, чтобы снились, или таких, которые мы со временем не превратили в полезный опыт. Но из того, что стало болезненным опытом, это, наверное, ситуация, когда мы долго держали в команде людей, которых давно нужно было отпустить.
Если вы сели не на этот поезд, нужно выходить как можно раньше, потому что чем дольше едешь, тем дороже будет стоить обратный билет.
Иногда прощаться труднее, чем находить своих. Но, как показывают такие случаи, если вы сели не на поезд, нужно выходить как можно раньше, потому что чем дольше едешь, тем дороже будет стоить обратный билет.
Когда вы последний раз завидовали коллеге и почему?
Когда у кого-то из команды хватает времени на то, чтобы успеть все, а у меня — нет.
Здесь для начала скажу, что есть два типа зависти: доброкачественная (классная у тебя куртка, хочу и себе такую) и злокачественная (классная у тебя куртка, хочу, чтобы у тебя ее не было). Последний раз завидовал, когда у кого-то из команды хватает времени на то, чтобы успеть все, а у меня — нет. Завидовал доброкачественно.
Врали ли когда-нибудь клиенту и почему?
Не врали. Мы часто можем подбирать правильные слова, чтобы не говорить «это полная х***я, уберите это, чтобы никто не увидел», но вот прямо чтобы врать — нет.
Были ли решения, за которые вам действительно стыдно?
Мне часто стыдно, когда не могу уделить достаточно внимания команде или проекту. Но это не всегда мое решение, часто — это обстоятельства, в которых банально не хватает в сутках еще двое суток.
Когда в последний раз вы всерьез хотели все бросить и почему не бросили?
Впервые в жизни в 2025 году промелькнула мысль: «Надо все продать», но она быстро погасла. Почему?
Для меня это — жизнь, а значит, сознательно отказаться = покончить жизнь самоубийством.
Для меня это — жизнь, а значит, сознательно отказаться = покончить жизнь самоубийством. А еще — огромная ответственность перед теми, кто поверил в агентство и в меня.
Что самое болезненное вам когда-то сказали в профессии?
Гораздо больнее, когда не говорят.
Когда говорят — не больно. Гораздо больнее, когда не говорят.
Приходилось ли вам изменять собственным ценностям ради проекта или карьеры?
Было дело. Но это вопрос приоритетов. Если речь идет о том, чтобы уступить собственные ценности ради блага команды, я буду об этом думать, и, скорее всего, приму решение в пользу команды, но так, чтобы это не стало для меня деструктивным.
Что больше всего демотивирует вас в вашей индустрии?
Неуважение, обесценивание, некомпетентность. Но это не демотивирует. Просто бесит.
