На рекламном рынке Украине появилось новое агентство ENGINE, которое было создано членами команды СПН Коммьюникейшнз. О том, почему Илона Степанова и 90% сотрудников решились расстаться с российскими коллегами, и почему это расставание оказалось таким «горьким», главный редактор MMR Ирина Рубис узнала у экс-гендиректора коммуникационного агентства с российскими корнями.

Илона, наблюдая за работой рынка в целом, мы в MMR не могли не отметить, что ваше агентство в топе в рейтинге по биллингам, ещё и самое динамичное, digital-продвинутое, сплочённое, с по-хорошему подорванной командой.

Что произошло? Почему все это вы решили теперь делать без SPN, благодаря которому такими стали?

Ира, именно такими нас знают на рынке: динамичными, сплоченными, продвинутыми. Но твой вопрос не совсем корректен – основы, правила и стандарты качества были заложены, в первую очередь, благодаря тому, что с момента основания в Украине агентство являлось частью международной сети Ogilvy. 

Работа в SPN научила нас многому, и мое решение дистанцироваться после 10 лет работы было непростым. Причиной тому стало отсутствие понимания ситуации у ведущих менеджеров СПН и разногласий в вопросах развития бизнеса. 

Московский и питерский офисы SPN сделали ставку на крупные российские федеральные проекты, не принимая во внимание украинские реалии.  

В недавнем интервью Андрея Баранникова для MMR сквозит обида и недоумение, хотя в конце 2013 года ним было принято решение о выходе из международной сети как раз по причине желания реализовывать новую бизнес стратегию, которая выходила за рамки существующей в Ogilvy. Московский и питерский офисы SPN сделали ставку на крупные российские федеральные проекты, не принимая во внимание украинские реалии. 

Мы оказались отрезаны от международных огилвийских проектов. Затем случились всем известные политические события и с этого момента интерес руководителей SPN к украинскому офису стал угасать в геометрической прогрессии. Некоторые патриотически настроенные клиенты отказывались работать с агентством с российскими корнями. Государственные проекты оказались под юридическим запретом, так как руководители SPN не захотели выполнять требование украинского законодательства по раскрытию конечных собственников. Попытки объяснить, что перспектива сотрудничества с компанией, учредителем которой  является виргинско-кипрский оффшор, может отпугнуть международные компании, которые вряд ли захотят быть обвиненными в финансировании, например, коррупционеров или Аль-Каиды, были безрезультатны. 

В такой ситуации спасением могло стать вхождение украинского офиса SPN в одну из международных сетей, но этот вопрос, как и многие другие, оставался без внимания.   

Недоверие команды к невыполненным обещаниям Андрея Баранникова переросло в уверенность в его нежелании развивать и поддерживать украинский бизнес. 

Актуальный вопрос по развитию диджитал направления поднимался уже давно, но и он не входил в список приоритетов российских руководителей SPN. Мы развивали это направление ресурсами киевского офиса, о чем я регулярно отчитывалась Андрею Баранникову. 

В начале 2016 года, когда стало понятно, что у российских руководителей по-прежнему нет намерения действовать в интересах бизнеса и наших клиентов, коллегиальным решением украинского офиса было создано предприятие со 100% украинской собственностью ООО «Энжин» в составе двух паритетных учредителей: меня и А. Колистратенко, ответственной за работу финансового отдела киевского офиса СПН. Директором был назначен Владимир Галика – до этого руководитель диджитал направления компании. Это позволило наконец-то вывести практику диджитал, которая давно переросла уровень сервиса, в отдельное агентство. 

С этим событием нас поздравили все, кроме акционеров компании. Это полное доверие или полное безразличие?

А дальше случилось то, о чем следовало догадаться раньше. После выхода из декрета мне необходимо было иметь четкое представление о состоянии дел в агентстве для подготовки к осеннему бизнес сезону. Я провела анализ финансовой деятельности компании, о котором давно высказывались все руководители практик нашего офиса. Он показал ряд грубейших нарушений со стороны финансового отдела киевского офиса, возглавляемого А. Колистратенко (новоназначенного генерального директора СПН). После моего обращения к акционерам и изложения всех фактов не было предпринято ни единого действия. Андрей Баранников в очередной раз четко дал понять, что дела украинского офиса не ко времени. И это даже несмотря на то, что был информирован о том,  что непрозрачная структура СПН и ошибки А. Колистратенко стали причиной того, что правоохранительными и налоговыми органами инициированы уголовные дела и проверки почти 30% контрагентов ООО «СПН Коммьюникейшнз» и ООО «Эл Джи Уан». Андрей Баранников также проигнорировал тот факт, что для этих коммерческих предприятий существуют высокие риски проблем налогового характера. Приехать он смог только после того, как 90% сотрудников написали заявления об увольнении. 

Был ли возможен менее эмоциональный и резонансный развод? Без упреков в нечистоплотности и прочего?

Как ты видишь, обвинение в нечистоплотности и вынесение ссора из избы было инициировано не мной. Андрей Баранников решил пойти таким путем, хотя формат этого процесса мог быть совсем другим, если бы руководители компании прислушались к голосу Киева и учитывали украинское законодательство. Все мои попытки выйти на диалог не находили отклика. Точкой невозврата стала абсолютно пассивная позиция акционеров в ситуации, когда стало очевидно, что нужно принимать оперативные меры по реорганизации компании и действовать в интересах безопасности клиентов агентства.

Наши клиенты — крупные международные и украинские компании, и мы обязаны соответствовать высоким стандартам качества работы как в профессиональном, так и правовом аспектах. Мы живем и работаем в Украине, и не секрет, что ведение успешного бизнеса предполагает необходимость учитывать менталитет и уважать законы этой страны.

Публичные заявления Андрея Баранникова о том, что агентство продолжает спокойно работать, выглядят неубедительно, учитывая тот факт, что за последние три месяца сразу два офиса СПН испытали потрясения: сокращение бизнеса в Альма-матер СПН, Санкт-Петербурге, и массовое увольнение сотрудников в Киеве. Таким образом, бекапить ситуацию в киевском офисе из Санкт-Петербурга просто некому.

Рынок тревожит ситуация с клиентами и переводом их части на новое юрлицо. Поясни.

Клиенты всегда сами выбирают, с кем работать. С большинством клиентов я и моя команда начинали работать много лет назад, мы вместе росли и эволюционировали. Многие выразили желание заключить контракт с новым агентством, представленным известной им командой, которой они доверяют. Ведь любой заказчик понимает, что работает не с формальной юридической оболочкой, а с конкретной командой, которая в состоянии реализовать проект на должном профессиональном уровне, чего об СПН сейчас не скажешь.

Часть клиентов, как и немногочисленная часть сотрудников, остались в СПН. Информация о том, что уволившиеся в конце августа сотрудники СПН вернулись и продолжают работать, является вымыслом. Руководители практик даже от предложенной им должности директора украинского офиса СПН отказались. Другой вопрос, что мы не оставляем текущие проекты, и по ним сейчас ведется полноценная работа, так как в первую очередь мы имеем обязательства перед нашими клиентами. Работа будет вестись до начала тендера, прекращения срока действующего контракта или передачи проекта новым сотрудникам СПН. 

 

Какой акционерный состав нового агентства? И насколько глубоко вы пошли в использовании института партнерства для мотивации лучших? Чем новое агентство будет конкурировать с рынком, как дифференцироваться? Usp апгрейдили? Ведь сразу две компании? Почему и в чем специализация каждого? 

Новая компания имеет 100% украинскую собственность. 

Для Engine Digital Agency стратегия остается прежней.

Агентство будет заниматься интернет-маркетингом, digital, интегрированными проектами, дизайном и контентом, а также нестандартными медийными сервисами.  Глобально о дальнейших планах, стратегии развития и USP таких сервисов, как пиар, ивентинг и креатив я буду готова говорить не раньше октября. Для меня и моей команды решение дистанцироваться от непрозрачной компании и идти дальше самостоятельно было принято в кратчайшие сроки. И сейчас наша первоочередная задача — сделать так, чтобы эти изменения не отразились на текущих проектах. Наш фокус на высоком качестве работы и безопасности для наших клиентов. 

Закажите свежий номер MMR


Для оформления заказа заполните поля и нажмите кнопку «Отправить заявку»

ОФОРМИТЬ ГОДОВУЮ ПОДПИСКУ